Дело было не то в Европии, не то в Америции, а возможно, в Индии. Собрались мы с Берклием и Бором на его фермий. Сидели икалий. Вот Бор нам и скандил: "Чего без кислорода сидеть, и так сера на душе. Давай по рубидию скинемся". Hу, мы все рады - какой техниций! Одно слово - титан.

И тут Берклий нам скандий: "Я-то с Галлий, значит, неодим". А Бор ему: "Раз неодим, давай два рубидия", - и нам подмарганец. Берклий жмется: "У меня одна медь астат, аргентум весь кончился..." Тут я, как самый актиний, у него иттербий: "Платина, - говорю,- и все тут!" А Берклий: "Что я, гольмий должен с фермия уходить?" С большим трудом палладий. "А хому бежать? - Кричит Берклий. - Я-то совсем хром..."

Тогда Бор сбериллий рубидий, сунул себе под мышьяк и побежал. А Берклий радон, как торий. Сидим мы, курий, ждем Бора. Вдруг слышим: "Аурум, аурум!" Я говорю: "Hикак Бор?" А Берклий: "Hет, неон". Гадолиний мы, гадолиний, кто бы это был. Берклий тем временем в углу с Галлий, рука на таллий, что-то ей про Франций залитий, старый плутоний, а она ему на шею висмут. Вдруг слышим опять: "Аурум, аурум!"

Выходим мы, смотрим - бежит Бор, а за ним соседский кобальт Аргон, и гафний, гафний на него. Догнал он Бора и как уксус его за мышьяк, где наши рубидии лежали. Hаш Бор парень железо, не уступает: "Сурьма,- кричит, -свинец, празеодим проклятый!" А тот знай его тербий. Тут Бор совсем лютеций стал. Руками машет, орет: "Кто мне рубашку латан будет?" Смотрим - а наши рубидии уже у кобальта во ртути. Я к нему: "Арагончик, - говорю, - скажи "гафний", ну скажи!" А он только сквозь зубы цезий: р-р-р...

И тут Берклий станнум на колени, подполз к Аргону, да как заорет: "Гафний!!!!" Hи и цирконий - Аргон наши рубидии проглотил и бегом с фермий. Мы к Бору: "Полоний на место наши рулидии", - а он: "Что я вам, родий их, что ли?"

Плюмбум мы на него и ушли. Чтобы мы еще когда натрий соображали - ниникель.