Где-то я уже видел что-то подобное - и этот снег, и это безграничное поле за окном, упирающееся в покрытый инеем лес... Где-то я уже видел, все было также, все... Где-то я это уже видел, все было также, но я смотрел из-за стекла, меня окружали полки с книгами, перечитанные не по одному разу, уютное тепло, в руках тлела сигарета... Где-то я это уже видел: тогда я сидел у камина, а в нем дотлевали угольки... Где-то я видел это, но тогда я был не один, на столе стояла отпотевшая бутылка вина, два бокала, дрожал огонь свечи, я завороженно смотрел на его игру, не в силах оторвать взгляд от него, такое иногда случается со свечами, и не мог найти нужных слов...

Я смотрел на снег, а мысли крутились вокруг одного: где-то я это уже видел. Видел не раз, не однажды - поле, покрытое сверкающим на солнце снегом, упирающееся в лес. Видел, видел, видел...

Все повторялось. Менялся я, менялись окружающие меня люди, менялись сорта сигарет, которые я курил - не менялась картина за окном: холод, холод, холод...

Все менялось, повторяясь, все повторялось, меняясь, я это видел видел, видел, видел...

Я завороженно смотрел на игру бликов, отражавшихся от снега, не в силах найти нужных слов. Она забавно приподымала бровь и говорила:

- Перестань загадывать загадки.

А я ничего не мог сделать. Я пробовал что-то сказать, но слова не успевали за мыслью и я умолкал, обрывая фразу на середине. Когда я начинал говорить вновь, мои мысли витали уже в другом месте, я вспоминал других людей и опять не успевал сказать то, о чем я сейчас думал в этот момент, потому что калейдоскоп памяти услужливо напоминал о других местах и других событиях, и - как всегда не к месту.

Не к месту моя ирония, я не хотел все опошлить, я думал о другом, я вспоминал игру огня в ночи. Вокруг нас был лес, ночи уже были не совсем летние... Скорее осенние. Да, ночи уже несли в себе тот приторный запах того, что скоро можно будет увидеть и днем... Костер, он собрал нас, заворожил, и мы травили байки о прошлом, и мечтали, какими мы станем.

- За этот год я изменился...

А мысли опять куда-то уносят меня в ночи, где я никогда не говорю слова "Люблю" - это забавное слово, за которым ничего нет и которое все-равно не могу произнести, потому что произнесся его, я переступлю через... Через что? Не знаю. Через себя, жадно ловящего ее взгляд в свою сторону, через себя, верящего в светлые образы , через себя, еще не знающего, что такое жизнь - я боюсь переступить через то, кем я когда-то был.

Я изменился, я привык к другим правилам игры...

- Помнишь, ты говорил, что когда находишься среди нас, ты играешь?

- Правда? Я такое говорил?

- Говорил.

- Может я имел в виду пресловутое "Вся жизнь - игра..." и далее по тексту в оригинале?

- Нет, ты говорил серьезно.

Где, когда я уже видел этот холод? И я изменился... Но до сих пор не говорю некоторых слов, потому что слова - это таинство, нам не подвластное. Они живут вне нас и возвращаются к нам, хотим мы того или нет. Я боюсь их. Почему я не могу сказать тебе о том, что я сейчас думаю? почему я молчу?

Поле покрытое снегом - опять передо мной поле, покрытое снегом. Я должен его перейти, должен достичь леса... Белое, белое, белое...

Медленно, по чуточке, по капельке белое крадет у меня способность здраво рассуждать, я перестаю понимать происходящее вокруг меня, я не могу оценить того, что эта ночь уже не повторится, что ее волшебство исчезнет, что я опять не договариваю чего-то важного...

Реальность больно бьет под дых - под нудный звук струящейся из-под крана воды раздается голос:

- Там где-то торт...

Свет лампочки больно бьет в глаза.

Я опять не успел сказать...

Я не сумел пройти по этому полю. В небе холодно светят звезды - я смотрю на них и не хочу подыматься. Тепло приходит ко мне медленно, оно окутывает меня и навевает сладкую дрему.

Тепло...